Главная · Статьи · Ссылки · Все УЖД сайта · Схемы ж. д. России · О ПРОЕКТЕThursday, June 21, 2018
Навигация
Главная
Статьи
Ссылки
Фотогалерея
Форум
Контакты
Города
Ж/д видео
Все УЖД сайта
Условные обозначения
Литература
Схемы ж. д. России
О ПРОЕКТЕ
Сейчас на сайте
Гостей: 1
На сайте нет зарегистрированных пользователей

Пользователей: 146
Не активированный пользователь: 0
Посетитель: ed4mk
ДАЧА В ХРАПУНОВО
Павел В. Кашин

ДАЧА В ХРАПУНОВО

(Первая попытка мемуарного творчества)



1. Железная дорога


Дедова дача… Да… В раннем детстве меня подсадили на неё, как наркомана на иглу. С тех пор я не могу выносить городскую суету в летние месяцы. Меня неудержимо тянет на природу. Увы, той дачи уже нет для меня, а новой я так до сих пор и не обзавёлся.

Но детские воспоминания остались! (В этом месте ярых противников мемуарного творчества приглашаю заняться более полезным делом и не читать сей труд дальше.) Более-менее систематически помнить себя я начал с 1974 г. Почему я так в этом уверен? Упомянув как-то в разговоре жуткую засуху и бушевавшие в округе лесные пожары, мой дед, Кашин Павел Фролович, сказал «в позапрошлом году». Тогда же мне пояснили суть этого «позапрошлого». Имелись в виду подмосковные пожары 1972 года… Дальше – считайте.

Дача, на которой я проводил все летние месяцы вплоть до студенчества, находилась к востоку от Москвы, недалеко от станции Храпуново. Последняя расположена на 46-м километре от Курского вокзала по Горьковскому направлению. Насчёт происхождения названия этого раздельного пункта имеется, по крайней мере, две легенды. По одной, недалеко от будущей станции, на территории нынешнего посёлка имени В. В. Воровского неким предпринимателем из-под Гжели по фамилии Храпунов были открыты залежи глины, пригодной для производства фарфора. Требовалось доставлять её в Гжель. До неё отсюда было по прямой всего-то вёрст 13, не больше. Но дорог сквозь торфяные болота в том направлении не было никаких! Наиболее надёжным способом явилось бы использование для перевозки ж/д линии из Москвы на Владимир, открытой для движения поездов в 1861 году. Но ближайшая станция Кудиново находилась в 8 верстах к западу. Поэтому, как утверждают местные источники, пока решался вопрос со строительством ещё одной станции, вагоны грузились глиной прямо на перегоне. (Что вряд ли, хотя кто знает? – Прим. автора.) Однажды грузчики были готовы к погрузке глины, а хозяин где-то замешкался. Тогда они стали его звать: «Храпунов! Храпунов!» В это время как раз решался вопрос о названии станции. Якобы с легкой руки грузчиков открытая в 1898 году станция и стала называться Храпуново. По другой версии, Храпунов лично вложил деньги в строительство новой станции, которую и назвали по его фамилии. Такой вариант лично мне кажется более реальным.

Ещё дошкольником я с радостью ходил с бабушкой в посёлок имени Воровского, был ли то поход за хлебом, надобность поменять газовый баллон или того круче: вылазка за керосином. (О последней я ещё расскажу.) И дело было не только в бескорыстной помощи внука. Наш путь пересекал железную дорогу перед входным светофором станции со стороны Электроуглей. Всякий раз я почти бежал по лесной тропинке, чтобы, выскочив к насыпи, увидеть горящий сигнал и посмотреть, не приближается ли поезд. Наблюдать за проходящими поездами было любимым занятием! Хорошо помню, как грузовые поезда водили сдвоенные электровозы ВЛ22м. Очень часто такая спарка была окрашена в разные цвета: один электровоз в синий, другой – в зелёный цвет. Как казалось тогда, ещё задолго до рокота катящегося по рельсам многотонного состава, слышалось мелодичное позвякивание цепей, что страхуют электровозную тележку от разворота в случае схода. Тот звук ассоциировался у меня с позвякиванием застёжек на сандалиях отца.

Настоящим праздником, который случается очень-очень редко, было для меня, выскочив из рощи к насыпи, увидеть горящие на светофоре два жёлтых огня. Я знал: что-то едет на станцию. Это был либо тепловоз с одним-двумя вагонами (передаточный поезд. – Прим. автора), либо электричка Москва – Храпуново. Да-да! По выходным дням была такая в ходу. Часто её ставили перед красным сигналом (в те годы это допускалось). И тогда она стояла в ожидании, пока не освободится главный путь встречного направления. Другого варианта приёма (помимо движения по съезду перед пассажирской платформой) для неё не было предусмотрено. Бабушка не рисковала переходить со мной прямо перед мордой электрички. (Намеренно не использую официальный термин «электропоезд», ведь речь идёт о детских воспоминаниях.) Мы стояли в высокой траве и ждали. Я мог вдоволь налюбоваться длинной зелёной змейкой поезда, тарахтящей своими компрессорами. В не слишком чистых окнах виднелись силуэты редких пассажиров. В расписании 1976 года электропоездов сообщением Москва – Храпуново уже не было.

В сентябре 1975 года я пошёл первый раз в первый класс. В качестве компенсации за моральную травму, нанесённую ребёнку резкой сменой посещаемого учреждения (школы вместо детсада), мои родители решили свозить меня на выходные на родную дачу. Причём отъезд запланировали на пятничный вечер. Поездки со мной на дачу по окончании летнего сезона в нашей семье не практиковались. Поездка в пятницу вечером была вообще нонсенсом: летом родители приезжали на дачу в субботу днём. На этот раз для «зелёного» первоклашки сделали исключение. Благо, что начало осени выдалось по-летнему тёплым и солнечным.

И вот по приезде на платформу Серп и Молот мы узнали, что накануне (а точнее, в четверг, 05.09.75 г. – Прим. автора) в Купавне случилось крушение, поезда ходят нерегулярно, т.к. движение только восстановили. Тогда же вездесущие и всезнающие тётки рассказывали о происшедшем всяческие небылицы, одну страшнее другой. Почему-то запомнилась фраза, сказанная одной такой… дамой. Произносила она её с округлёнными для острастки собеседника глазами:
– И-и-и… Там тако-о-о-е… Электричка вся вдребезги!
– А что случилось-то? – спросил кто-то.
– На товарняк наскочила. Первый вагон налетел, второй налетел, а остальные – в гармошку!

Ну, а официальные сведения о том, что тогда произошло, можно найти в архивах. Ехали уже в кромешной темноте. Тихая Купавна была утыкана прожекторами, но ничего разглядеть так и не удалось. В тот вечер я узнал, как выглядит кромешная темнота, в которой мы шли с мамой и сестрой отца (т.е. моей тёткой) к родному дачному домику на окраину посёлка!

Научившись читать и писать, я стал разбираться и в номерах электричек. В подавляющем большинстве своём в конце 1970 – начале 1980-х годов на Горьковском направлении работали ЭР1. Самые старые – 87-я и 107-я исчезли из депо где-то на год-два раньше остальных, будучи переданными на другие дороги. Остальные «единички» были сплошняком с серийными номерами второй сотни. Впоследствии часть их перекочевала на юг Украины, часть – на Свердловскую дорогу. В том числе и «три банана», ЭР1-222. К 1985 году этот поезд оставался единственным на узле, не переделанным на МЛРЗ по образу и подобию ЭР2: т.е. с выходом на низкие платформы. Некоторое время он поработал в депо Домодедово, а затем вовсе исчез с Московского узла.

Гарантированно увидеть настоящую «кругломордую», а в начале 1980-х и «квадратную» ЭР2 можно было только на владимирском маршруте. Ни одна ЭР1 из депо Железнодорожная (МПСовское телеграфное сокращение: ТЧ-4 Мск. ж.д.) в качестве «владимирской электрички» мной ни разу замечена не была! С чем это было связано, я, правда, не знаю до сих пор. Так уж сложилось, что мои дедушка с бабушкой для поездок в Москву старались использовать электропоезд из Фрязево, что проходил Храпуново сначала в 9.24, потом в 9.25. Поезд приходил совершенно пустым, что гарантировало мне заветное место у окна с правой по ходу поезда стороны. Не знаю почему, но именно с этой стороны на всём протяжении от Храпуново до Москвы было богаче путевое развитие на станциях. Соответственно, и наблюдать за хитросплетениями путей мне было интереснее. Исключением было, пожалуй, только путевое развитие самого депо Железнодорожная. Но им можно было пренебречь ради других станций на участке.

Перед проходом заветной фрязевской всегда пролетала «бешеная» владимирская. В 1976 году у неё ещё была предусмотрена графиковая остановка по Храпуново в 9.19. Потом остановку отменили. Несмотря на это, владимирская хронически опаздывала. Бывали случаи, когда фрязевскую, саму с опозданием на 10–15 минут пускали вперёд. Тогда я злился, что вот опять не удалось посмотреть на ЭР2. Хотя уж чего в ней было такого особенного? Ну,номер на 300, 400 либо 900, ну, набита народом до отказа. В остальном такая же «кругломордая», как и все остальные. Кстати, отголоском сентябрьского крушения 1975 года были обнаруженные мной вагоны якобы от 207-й, вцепленные в состав 219-й. Номера были написаны необычным квадратным шрифтом. Да только сама 207-я была целёхонькой, а непонятные вагоны к тому же и именовались как ЭР2. Загадка разрешилась, как только я однажды внимательно прочитал надпись на странном вагоне: ЭР2-207002 (т.е. один ноль я до того не замечал)! Тогда мне это ни о чём не говорило. Лишь через несколько лет я узнал, что под такими номерами (на 20хх) выпускались дополнительные секции. С розовыми флуоресцентными полосами на мордах зелёные электропоезда, ходившие по Горьковскому направлению, были настолько мной любимы, что даже вместо модного тогда «Спартак»–чемпион!» я писал на стенах и заборах (грешен, знаю!): «ТЧ-4 FAN'S» или менее понятное, «FAТЧ-4».

До прихода ЭР2Р «квадратоголовых» ЭР2 в депо Железнодорожная было совсем немного. Хорошо помню 1145, 1152, 1154 и 1178. Позднее пришли 1263 и 1141. Последняя скорее всего была уже кем-то «ношенная», хоть и недолго. Интересно, что машина 1152, уйдя из «Железки» и «поплутав» по московскому узлу, попала в 1997 году в Тулу. Двумя годами позже она была оборудована при моём участии системой «автомашинист». Т.е. спустя 14 лет я снова встретился с этим составом. Более того! Электропоезд оказался на редкость надёжным: на нём почти не «стреляла» защита в пути, счётчики электроэнергии на моторных вагонах имели минимальное расхождение в показаниях, да и динамика у неё была на высшем уровне. Идеальный поезд для отладки программного обеспечения автоведения. Поэтому именно на нём я старался проводить свои обкаточные поездки, за глаза назвав «УТП», т.е. учебно-тренировочным поездом. Пройдя капитально-восстановительный ремонт и получив индекс «К» в обозначении серии, этот электропоезд продолжает и ныне трудиться в Тульской дирекции пригородных перевозок – ТДПП. Именно в такое новообразование превратилось бывшее ТЧ-22 (Тула-1).
Спустя много лет стоит признать, что со съёмкой «родных» ЭР1 депо Железнодорожная у меня как-то не сложилось: сапожник оказался без сапог. Научился правильно держать в руках свой первый фотоаппарат «Смена-6» я только в январе 1985 года. Весной и летом того же года, найдя товарищей по увлечению, где я только не побывал в «железнодорожном Подмосковье»! А вот на родном месте у входного светофора станции Храпуново я поймал в кадр лишь ЭР1-221. Ещё одна, к тому времени уже бывшая, горьковская ЭР1 за № 213 августовским утром 1985 года привезла нас с товарищем в Шатуру и тоже попала мне в кадр. Этот электропоезд переехал из «Железки» во вновь образованное депо Куровская на короткий срок. Скорее всего чтобы «почистить пёрышки» перед дальней дорогой на Урал, где состав этот нашёл свой достойный конец уже в XXI веке. Явный промах в фотографировании родных горьковских электричек я прикрывал расхожей фразой: «На наш век хватит»; намеревался наверстать упущенное в последующие летние сезоны. Но… зимой я загремел на два года в армию. За 1985–1986 годы все ЭР1 были розданы напрямую или «трамплином» через соседние депо узла другим дорогам, жаждущим найти замену ещё более стародавним СР3. «Квадратные» ЭР2 осели в депо Московского узла. К моему приезду на дачу летом 1988 года пригородные перевозки осуществлялись на 100% составами серии ЭР2Р. С фотографированием ЭР1 я опоздал…

Так вот получилось, что уход «кругломордых» электропоездов с Горьковского направления Московского ж/д узла совпал с окончанием моего детства. Символично!

2. Посёлок

Нет, в детство хочется возвращаться снова и снова. Интересно, а не тогда ли, наслушавшись историй про таинственную узкоколейку, что когда-то шла через посёлок на торфяники я стал интересоваться этой своеобразной категорией рельсового транспорта? На торфяники, мы с дедом иногда ходили ловить рыбу. По приезде родителей и прочих родственников туда же ходили купаться. Это было событием: на этот раз ж/д пути пересекались ближе к платформе 43-й километр. Здесь с «нашей» стороны бил небольшой родничок и стояли три сестры-казармы: в одно, в два и три окна. Прямо как в сказке: Одноглазка, Двуглазка и Трёхглазка. С противоположной стороны таилось одноэтажное П-образное здание поселковой школы. Где-то за ней и заканчивался длиннющий тупиковый путь, идущий со станции параллельно главному ходу.

Улов с каждым годом уменьшался. Однажды в маленьком алюминиевом ведёрке нами был принесён всего одного карасик. Ведёрко было буквально на пяток минут по недоразумению оставлено на лавочке возле дачной веранды. И за этот короткий промежуток времени весь улов успел достаться соседскому коту, партизаном прокравшемуся на наш участок. Быть может, мы были отомщены за этот наглый акт воровства. Во рту рыбки застрял кусок рыболовного крючка. И ежели котяра в порыве жадности проглотил его, то… Кота этого до конца сезона мы действительно больше не видели!

Возвратимся к подъездному пути. Он брал своё начало из дальнего (нечётного) парка станции Храпуново, отходил от полотна главного хода, «прижимался» к Носовихинскому шоссе. Дальше этот путь (назовём его вытяжкой) тянулся параллельно главному ходу вплоть до казарм «Три сестры», т.е. до начала 45-го километра. Думаю, длина вытяжки был такой большой неслучайно. От неё, пересекая шоссе, отходил налево (если встать спиной к Москве), изгибаясь плавной кривой, ещё один путь. На моей памяти (самой ранней) он никогда не имел наката. Т.е. уже к середине 1970-х годов не использовался. Как, впрочем, и сама вытяжка от складов до тупика за школой. Путь вёл на площадку между торфяными карьерами и западной оконечностью посёлка. Здесь он заканчивался возле странной ржавой металлоконструкции. Мне запомнилось, что похожа она была на ферму скинутого на землю моста. Можно предположить, что это был торфоперегруз и в тот момент уже давно утратил своё основное назначение. Через пару лет, а, с учётом начала моих осознанных воспоминаний, это значит, году к 1975–76-му ветку разобрали. Укоротили до оконечности складов и вытяжку. Тупик перенесли на траверз входного светофора. Того, что со стороны Электроуглей. К складам ещё продолжали подавать вагоны. Один раз там был замечен вагон-ледник. Да-да, именно ледник, а не рефрижератор! Тогда подобные вагоны ещё были в ходу. Пару лет спустя, возможно в 1977–78 годах, подача вагонов к складам прекратилась. Вытяжку укоротили до погрузочной площадки с козловым краном напротив инструментального завода (ХИЗ). Разобранное полотно на всём протяжении представляло собой цепочку гнилых шпал с остатками скреплений, на дальнем участке уже совсем затоптанную. Аккурат к Олимпиаде почти всё бывшее полотно закатали в асфальт, превратив в длинный и весьма комфортный для пешеходов тротуар. Для посёлка такого класса (по меркам тех времён!) это было неслыханной роскошью.

«Перегруз» (взял это слово в кавычки, ибо всё-таки не уверен в том на 100%, что он там был. - Прим. автора) хорошо просматривался с крайнего поселкового проулка. (Назвать эту отходящую перпендикулярно Носовихинскому шоссе грунтовку, пригодную для движения автотранспорта только в одном направлении, улицей как-то не получается!) По нему мы либо с бабушкой через день по утрам ходили за парным молоком, либо раз в две недели с дедом в поселковую баню. Работала баня так. По четвергам и субботам был женский день, по пятницам и воскресеньям – мужской. В другие дни поселковая котельная пару в баню не давала, и там условно объявлялись санитарные дни. Котельная стояла тут же, рядом, по правую сторону, если идти от железной дороги. Сейчас уже знаю, что большинство из таких вот «теплоцентралей местного значения» начинали свою трудовую деятельность, как работающие на местном торфе. Но поверьте мне: и намёка, что к котельной пос. им. Воровского когда-то подходил путь узкой колеи, не было. А что такое разобранный путь, я видел только что по пути к котельной, когда с дедом или бабушкой пересекал разобранную вытяжку.

Нет, узкоколейный артефакт при мне в посёлке ещё был. Один. Но позвольте начать рассказ о нём издалека. (Ну хочется, хочется мне посмаковать, повспоминать далёкое детство как можно подробнее!) Итак, бабушка собирается в магазин! Ура! Пойдём через железную дорогу. Что там на входном? Сейчас он покажется за последним рядком ив, что склонились над ручейком, текущим вдоль ж/д полотна. Зелёный! Но поезда не слышно. Ни из Москвы, ни в Москву… Жаль, не повезло. Пересекаем двухпутку главного хода, спускаемся с высокой насыпи, переходим канавку по шатким досочкам. Минуем заросли погребов, огороды и вонючую свалку – источник жирных мух с брюшками, отливающими зелёным или синим металлическим блеском. Фу! Так-то красивые они, конечно, если б не на навозной куче… Склады, насыпь подъездного пути. Коричневые выщербленные шпалы, остатки скреплений: подкладки, редкие костыли. По вьющейся рядом тропочке идём чуть-чуть в сторону станции. К шоссе здесь выходит рядок двухэтажных кирпичных жилых домов. Они вытянулись вдоль пыльной улочки, идущей перпендикулярно шоссе на север. (Да-да, куда надо, к бывшей узкоколейке!) Асфальтировалась улочка когда-то очень давно. На неё выходят только окна квартир, под которыми жалкие огородики с цветами и зеленью на закусь. Подъезды – со стороны двора. С противоположной стороны длинный бревенчатый барак с вереницей маленьких магазинчиков. Между торцом первого, булочной, и шоссе – поросшая тиной лужа и пятачок для разворота продуктовых машин. Булочная была наиболее часто посещаемым магазином. Всё остальное предпочитали закупать в столице и везти на участок на своём горбу. Булочная была снабжена широкой верандой. Пока бабушка стояла в очереди, я ожидал её на улице. Веранда представлялась мне дощатым перроном, примыкающим к приземистому бревенчатому вокзалу таинственной станции. Вот-вот подойдёт поезд, который я себе отчётливо представлял. Деревянные вокзалы на излёте 1970-х годов можно было встретить повсеместно на узле. А вот перронов таких я тогда не видел. И кто бы знал, что увижу потом, уже в своей взрослой… совсем взрослой жизни!

За булочной располагался продуктовый магазин. В нём продавали карамельки и вечно подмоченный сахар. Потом – промтоварный. Бытовая химия. Дальний конец венчался такой же верандой, что и булочная. За магазинным бараком начинался палисадник поселкового клуба. Клуб числился на балансе ХИЗа, и мы несколько раз ходили в него на киносеансы. Там можно было увидеть фильмы, которые не очень жаловали в прокате в столице по разным причинам. Или на которые в больших городах был вечный аншлаг. А вот напротив клуба с другой стороны улицы стояла пожарная часть. Тёплыми летними деньками в скучном ожидании вызова (не дай бог!) ворота держались настежь раскрытыми. Развешанные на соседних заборах, сушились вечно влажные пожарные рукава.

Однажды, завидев над рощей со стороны посёлка столб чёрного дыма, мы с товарищами не сговариваясь рванули через железную дорогу, что было в принципе строго-настрого запрещено. Оказалось, горел барак аккурат напротив той самой пожарной части. Рядом магазины, а значит, зевак было на порядок больше, чем могло бы быть. Кто-то пытался тушить разгорающееся на глазах пламя вёдрами. Суетились пожарные. Несмотря на феноменальную близость их конторы к очагу возгорания (считай: с доставкой на дом!), они никак не могли полноценно подключиться к процессу тушения. Баки пожарной машины оказались пусты. Пытались тушить напрямую, подключив рукава к трубе где-то в чреве здания пожарной части. Но длина готовых к употреблению рукавов была явно недостаточной. Да уж! Главное, посреди всей этой суеты на пятачке между пожарной частью и горящим домом стоял на земле белый холодильник «ЗиЛ» – символ тогдашнего благосостояния. На него взгромоздили чёрно-белый телевизор. Рядом кухонный стол и пара табуретов. На одном табурете восседал мужик. Как почётный зритель VIP-ложи, он периодически наливал себе стопочку из графинчика и смачно выпивал. На несколько секунд утыкал нос в рукав рубахи, занюхивал выпитое и продолжал наблюдать за процессом тушения. Наверное, обмывал такое событие, а главное – спасение самого ценного своего имущества.

Иногда, когда товар в деревянном магазине иссякал, бабушка, ворча, направлялась в «новый» магазин, что расположился в квартале недавно отстроенных пятиэтажек. Ходили слухи, что строительство многоэтажных домов продолжится, сюда постепенно переселят всех жителей посёлка. Дворами, рядами погребов и вонючих мусорных коробов мы выбираемся на очередную поселковую улицу. Только вот домов на ней не было, кажется. Лишь всё те же бесконечные погреба да сарайки, в которых содержались и живность, и нехитрая техника жителей. Теперь я понимаю, что улица эта – не что иное, как насыпь узкоколейного пути. Вряд ли главного. Во-первых, тогда непонятно где бы на нём располагалась главная станция. Во-вторых, непонятно, куда он шёл дальше в восточном направлении. На ХИЗ? Не знаю!

Добротное земляное полотно, утрамбованное пусть и не шибко тяжёлым подвижным составом, имело в сравнении с соседними проездами меньше выбоин и луж. А где-то посередине, на обочине дороги стоял чёрный остов двуглазого светофора. Светофор был кустарным. Это было видно невооружённым глазом. Развёрнут он был пустыми глазницами на восток. С обратной стороны к мачте был приделан уже проржавевший кронштейн с четырьмя изоляторами. Провода срезаны под оплётку. Семеня за бабушкой мимо этого артефакта, я почти явственно ощущал шипение пара, перестук колёс или гудок паровоза. Ширококолейного, конечно. Свою первую действующую узкоколейку я увижу только десятилетие спустя! А как шипит паровоз, я знал прекрасно: не зря же часто гостил у бабушки с дедом в Москве напротив Рижского вокзала! Светофор канул в вечность на пяток лет позже ветки на перегруз. Что касаемо депо, то я так и не понял, где оно могло быть.

Осталось объяснить последнее: почему я так уверен в месте, где среди торфяников проходил магистральный путь местной узкоколейки. Как-то моя тётя и я решили попутешествовать по карьерам. Они, как следует из некоторых источников, раскинулись на месте обширного Масловского болота, давшего название и местным торфоразработкам. Целью было попытаться отыскать новые места для семейного купания. Прежние с годами всё больше и больше зарастали осокой, затягивались торфом, что оседал с берегов. Знакомые проходы меж водных квадратов проваливались, уничтожая тропки к заветным местам купания и рыбалки. Чуть западнее обнаружился довольно широкий и твёрдый проход на север. Он вывел нас на широкую песчаную дорогу, проложенную параллельно Носовихинскому шоссе через сердце торфяников. Позднее, под грузом полученных знаний о торфовозных узкоколейках, я сделал однозначный вывод, что так могло выглядеть только полотно разобранной ж.д. узкой колеи! Да и некоторые иные косвенные сведения указывают на это. Но теорию свою на практике до настоящего времени не проверял. Лишь недавно, вспомнив про Храпуновскую узкоколейку, я начал систематизировать детские воспоминания, искать данные о ней во Всемирной паутине. Так что возможно, будет и продолжение истории про неё. Я на это надеюсь.

Всё в этом мире когда-либо заканчивается. Торжественным, но очень грустным событием было закрытие дачного сезона. Меня отправляли в Москву в последних числах августа. С дачи уезжали все. Потом дедушка с бабушкой, сделав всё необходимое в городе, возвращались, по их словам, «дожить до первых белых мух». Сборы начинались, как правило, накануне вечером. Упаковывались гостинцы для любимого внучка. Дед убирал с территории участка всё лишнее, дабы не досталось лихим людям, пока они будут отсутствовать. Массивными ставнями закрывалась обширная веранда. Им двоим много света не нужно, да и теплее будет холодными осенними ночами. Утром вся семья шла к поезду на 9.25. Тому самому, фрязевскому, помните? Вот пролетает бешеная владимирская. А вот показалась ОНА. Занимаю место у окна. Электропоезд отправляется. Здравствуй, Москва! Всё, лето кончилось!

* * *


Да! А про поход-то за керосином я так и не рассказал… Заговорился совсем и забыл! Ну, это на следующий раз оставить можно. Опять же повод будет продолжить моё мемуарное творчество, если оно вам конечно понравилось…

23.02.2009

admin May 19 2009 15:34:02
Фотографии: http://www.pereyezd.ru/photogallery.php?album_id=86
mechanik May 23 2009 13:15:39
Конечно, понравилось!
Ждём продолжения.smiley
RB May 26 2009 10:00:28
Фотографии, конечно, ценны. С литературой - нужно продолжать учиться у коллег.
Ngrw_Paul May 26 2009 11:56:50
И кого вы посоветуете?
Evg June 02 2009 12:17:53
Современные ЭР2Р и ЭР2Т уже по возрасту приближаются к тогдашним ЭР1 и ЭР2. Пройдет совсем немного времени, и они тоже станут историей......
Пожалуйста залогиньтесь для добавления комментария.
Рейтинг доступен только для пользователей.

Пожалуйста, залогиньтесь или зарегистрируйтесь для голосования.

Отлично! Отлично! 100% [1 Голос]
Очень хорошо Очень хорошо 0% [Нет голосов]
Хорошо Хорошо 0% [Нет голосов]
Удовлетворительно Удовлетворительно 0% [Нет голосов]
Плохо Плохо 0% [Нет голосов]
Гость
Имя

Пароль



Вы не зарегистрированны?
Нажмите здесь для регистрации.

Забыли пароль?
Запросите новый здесь.
Реклама
Найден по ссылке: говорящий кот для телефона nokia.
Поезд напрокатРусский ОбозревательЭкстремальный портал VVV.RUВсе песни Владимира ВысоцкогоSpyLOG